ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Священные тексты русского ведизма записаны, естественно, русскими рунами. И тексты, и древнерусский руничный строй приводятся в мо­их книгах. Но мне бы не хотелось, чтобы у читателя воз­никло впечатление, что будто бы русская руника не ис­пользовалась православным христианством, которое — как об этом свидетельствуют, именно, руничные надписи — представляет естественное продолжение и развитие русского ведизма. Поэтому в данной работе я привожу выявленные мной факты начертания надписей русскими рунами на христианских иконах.Впервые я смог прочитать изображение на одной из небольших иконок, обратив внимание на расположение складок одежды. Позже я стал обращать внимание на складки одежды чаще и перешел с небольших иконок на полноценные иконы, а затем понял, что такой стиль пись­ма представляет собой не отдельные случайные находки, весьма приятные для меня, но специальный стиль иконо­писного письма. В таком случае меня заинтересовали поиски первоисточника, и совершенно неожиданно для себя я нашёл его в.. иконах Византии. Это меня потрясло, хотя вроде бы я должен был воспринять такое известие совершенно спокойно, поскольку знал, что нечто подобное в Византии было возможно. Поэтому прежде, чем продолжить эти общие рассуждения, я предлагаю читателю рассмотреть одну из таких икон.

Мозаика Спасителя из Константинополя

В храме Спасителя в «Загородном монастыре» Константинополя построенном в X веке и позже превращенном турками в мечеть Кахрие-Джами при входе из внешнего нартекса во внутренний можно видеть изображение Иисуса Христа по пояс с Евангелием в левой руке. Складки одежды образуют тексты руницы, читаемые по-русски.

Я читаю на левом плече (справа от зрителя): МОЛЮ, ГОСЪПОДИ! — над пальцами правой руки — МО­ЛЮ — между руками — ГОСЪПОДИ, ЧАЙ НА­ША ЧАДИ! — на левом рукаве внизу — МОЛЮ! — правее кисти руки — ЧАИ, на рукаве между локтем и плечом — ЧАДИ. Общий смысл молитвы: МОЛЮ, ГОСПОДИ, БЕРЕГИ НАШИХ ДЕТЕЙ! Я вижу, что к ведическому обращению ЧАИ добавлено христианское МОЛЮ. Однако, меня удивляет наличие типично рус­ских молельных формул на русском языке в Константино­поле — вроде бы никто никогда не говорил, что это рус­ский город или что иконы там изготавливали русские.

Некоторое разъяснение кроется в двух угловых пласти­нах, изображенных на переплете Библии, которую держит в руках Спаситель. Левая вроде бы обычная, но правая имеет тонкую структуру, которая при увеличении может быть прочитана как ЖИВИНА РУСЬ. Но в таком слу­чае можно прочитать и левую пластину как ЖИВА. Тем самым, Константинополь расположен на земле ЖИВИ-НОИ РУСИ, где главной остается богиня ЖИВА. А сле­довательно, первым и основным сакральным языком на этой земле остается русский, коль скоро это РУСЬ.

У одного из болгарских авторов я встретил указание, впрочем, известное ряду моих коллег: что Балканы искони были славянскими. Приведу цитату из этого сочинения: «В своей хронике Лев Диакон (X век) приводит слова Святослава Киевского о том, что именно византийцы являются пришельцами в этих землях, и что ОНИ НЕ ИМЕЮТ ПРАВА НА ЕВРОПУ. Причем Лев Диакон никак не возражает, а сказанное Святославом воспри­нимается как факт, который и участники событий, и читатели хроники хорошо знают. По-видимому, со­временники Святослава в то время еще помнили грече­скую колонизацию южных частей Балкан». Продолжу мысль автора: но никто из болгар и сербов на это не возра­зил; заявлял же только Святослав Игоревич из Киева; стало быть, Балканы были не просто славянскими, но рус­скими. Второй аргумент: город Константинополь русские упорно называли ЦАРЬГРАД, то есть ГОРОД-ЦАРЬ, ГОРОД-ГОСПОДИН. Из этого следует, что, во-пер­вых, русское название старше византийского, и, во-вто­рых, отражает более раннюю реалию, когда этот город был столицей русских на Балканах. Третий аргумент: при встрече Святослава с императором Цимисхием Святослав сидел в своей ладье, а византийский император счел воз­можным выйти из дворца и приветствовать его на берегу. По дипломатическому протоколу, гораздо выше по соци­альному статусу при этом считался сидящий. Из этих доводов следует, что русские еще в X веке считались хозяе­вами Балкан, а «ромеи» — пришельцами. Но в таком случае русская надпись на самом портрете — это просто текст на первом церковном языке, тогда как греческие буквы рядом с портретом — это уже текст вторичный. Да и до сих пор греческое духовенство особенно выделяет славян, а среди них — русских. Пожалуй, эти чисто духовные связи и до сих пор остаются самыми крепкими.

Если я прав, и в X веке византийцы, то есть греки по культуре, чтили язык прежних хозяев своей географической области и владели им, подобно тому, как римляне иностранным языком номер один считали греческий, то не надо думать, что данную мозаику создал русский мастер. Ее, скорее всего, создали греки, ЗНАВШИЕ РУССКИЙ ЯЗЫК, который в те времена духовные лица должны были знать обязательно. Если это так, то подобные русские тексты можно будет найти и на других иконах.

Обычно, когда я демонстрирую какие-то новые надписи, чье существование не укладывается в голове моих слушателей, меня упрекают в том, что, на мой взгляд, как раз является моим достоинством: что я выискиваю едва заметные штрихи. На мой взгляд, это специально созданные неброские, но очень хорошо продуманные тексты; но на взгляд моих оппонентов — просто случайные сочетания линий. В вышеприведенном примере я прочитал складки на одежде; таковыми они и останутся для моих оппонентов, и даже тем, что одни и те же формулы применены на иконе Спасителя дважды (дважды одинаковая случайность?!), я их переубедить не смогу.

Но, на мое счастье, имеются надписи, которые на самом рисунке задуманы как надписи. Одну из них я и демонстрирую: это фрагмент мозаичной иконы Богоматери из того же храма Спасителя в Константинополе. Называется икона «Богоматерь перед первосвященником».

Название места на иконе. Первосвященник сидит здесь на возвышении, на верхнем ярусе которого начер­тано название, понятное для всех участников сцены, ибо это единственная надпись внутри иконописного дей­ствия. Я привожу ее крупным планом, а затем читаю: РУСЬ, ДЕВА ЖИВА. Пусть мои оппоненты дадут хоть какое-нибудь вразумительное чтение и толкование на греческом или латинском языке, а также на иврите. Полагаю, что у них ничего не получится, ибо перед на­ми — та самая руница, с которой мы уже не раз сталки­вались в моих предшествующих работах.

Да и надпись ЖИВИНА РУСЬ для нас не диковинка — она уже примелькалась при чтении изделий из Новгорода. При этом хочу обратить внимание на то, что мозаика встроена в стену, это не переносная икона, которую, например, могли на время свозить на Русь русские воины, захватившие во время одного из удачных походов Царьград. Так что ее творец, грек, прекрасно понимал, что делает, когда подписывал место действия на мозаике чисто русскими слоговыми знаками. Поэтому существование руницы в Константинополе я считаю не гипотезой, а фактом.

Но из этого факта следует, что вместе с заимствованием средневековыми русскими канонов христианской иконописи из Византии были заимствованы и традиции надписей руницей, помещаемых на иконе и изображаемых главным образом складками одежды.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Деисис из Сийского монастыря

Наконец, чтобы окончательно убедиться в том, что именно от греков пошла традиция вписывать те или иные тексты в складки одежды, приведу пример деисиса, снятого с греческого образца и хранившегося в Списком монастыре в виде под­линника XVII века.

Как видим, складки тут обозначены тонкими линиями, а знаки письменности — жирными. Но на первый взгляд они не заметны, ибо именно в этом и состояло ис­кусство живописца. Тем не менее, их можно прочитать. Правда, когда я втянулся в чтение, оказалось, что чита­ются и тонкие линии, и тончайшие линии, и текст оказался настолько длинным, что не смог поместиться в размер, сопоставимый в данной книге с размером самой иконы. Пришлось создавать еще один рисунок для чтения. Но зато открылась масса любопытных подробностей отно­сительно соотношения ведизма и христианства. Я не ре­лигиовед, а культуролог, поэтому вижу свою задачу ис­ключительно в решении проблемы чтения сложного и пространного текста, чтобы показать, что таким спосо­бом не только можно писать, но и им реально писали. А то, что икона содержит апокрифическое содержа­ние — не моя вина; я заимствовал ее изображение из ра­боты основоположника отечественной церковной архео­логии, сына священника, доктора церковной истории Н.В. Покровского (1848-1917 гг.)

Итак, я начал читать сначала жирные линии, находя­щиеся правее книги в руках Спасителя. Руницей начерта­но МОЛЮ, а еще правее кириллицей — ВЕРУЮ. Ниже читается руницей БОГЪ-ЛИКЪ. Я это понимаю как некую подсказку верующему, молящемуся перед ико­ной: в молитве надо начать с ВЕРУЮ…, а изображен на иконе ЛИК БОГА. На правом колене Иисуса (слева на изображении) начертано СЬВЯТЫИ, то есть СВЯТОЙ, а на другом колене — ТЪВОРЕТЪСЬ, то есть ТВОРЕЦ. Тем самым, в самом центре иконы подпи­сан основной персонаж, в чем нет ничего удивительного.

Далее я предположил найти на фигуре женщины слово БОГОМАТЕРЬ, и я нашел его на складках ткани ее платья, расположенных между рукавами. Затем мне по­казалось, что складки платка Богоматери образуют над­пись более тонкими линиями, и я решил ее прочитать, что дало слово ЖЕНЪЩИНА. Текст же, составляющий контуры облаков правее нимба Богородицы, был следую­щий: ГЪРЕКО-СЛАВАНСКА ВЪСЕЙА РУСЬ ЖИВЫ. БОГЪ ЖИВА, то есть ГРЕКО-СЛАВЯН­СКАЯ ВСЕЯ РУСЬ ЖИВЫ. БОГИНЯ ЖИВА. То есть, с одной стороны я нашел уже прямое подтвер­ждение тому, что я предполагал ранее и о чем сказал чуть выше,— что греки помнили первое славянское население Балкан, и что этим населением из всех славян были имен­но русские. И называлась эта местность ЖИВИНА РУСЬ. Но я не предполагал, что сами греки считают Жи-вину Русь своей настолько, что присоединяют к ней Элла­ду и называют уже Всей Русью Живы. Кроме того, я не предполагал, что вместо скромного упоминания где-то в углу иконы греки еще и в XVII веке столь размашисто начертают слова БОГ ЖИВА. Зато между нимбами Бого­матери и Иисуса стоят слова <>МАТЕРЬ БОЖИЯ, что не вызывает ни малейшего удивления, ибо вполне соот­ветствует и современному каноническому пониманию изображения.

Перемещаясь левее, я заподозрил, что лицо Спасителя составлено из знаков руницы. В самом деле, его правое ухо (на изображении слева) явно обозначало слоговой знак СЬ, а часть лица с бородой чуть ниже можно было прочитать как КА. Нос и рот явно обозначали знак ПИ, развернутый на 45° влево, а раздвоенная бородка явля­лась знаком ЩЬ; чуть правее можно было прочитать ЖИВЫ. В итоге получались удивительные слова — СЬ КАПИЩЬ ЖИВЫ, то есть С КАПИЩА (или С КАПИЩ) ЖИВЫ. Я продолжил чтение, переходя от правого к левому плечу Спасителя, и вычитал там ВЪ КЪТАКЪМЪБЫ РИМА, то есть В КАТА­КОМБЫ РИМА. Я полагаю, что тут говорится о направ­лении развития христианства, стартовавшего с капищ Живы и достигшего катакомб Древнего Рима. Достовер­ность этого сообщения можно проверить, прочитав хотя бы пару надписей с раннехристианских икон Рима; но в моих глазах оно ничуть не меняет общей схемы: если хри­стианство зародилось на Балканах, которые тогда населя­ли преимущественно русские, то вполне могло сначала пе­рейти в римские катакомбы, а затем вернуться опять на Балканы, которые тогда уже принадлежали Византии. Разумеется, такое сообщение противоречит распростра­ненному мнению о том, что первыми христианами были жители Иудеи, однако как раз зарождение христианства в настоящее время историками считается недостаточно изученным, а в принципе, все устоявшиеся мнения ничуть не опровергаются тем, что до Иудеи христианство могло воз­никнуть где-то вблизи храмов Живы.

Между нимбом Спасителя и святого справа от него (для зрителя — слева) в виде облаков находится над­пись, которую я читаю ЖИВА СЛАВАНЪСЬКЪ, ЖИВИ ЖИВОТЪВОРЯЩЕ, то есть ЖИВА СЛА­ВЯНСКАЯ, ЖИВИ ЖИВОТВОРЯЩЕ. Это славо­словие ведической богини Живы представляется, с пози­ций сегодняшних господствующих воззрений, неумест­ным на православной иконе. Но факт его наличия на ней как раз и заставляет усомниться в истинности подобных современных воззрений. Факт славословия ведической богине на христианской иконе красноречиво свидетельст­вует, что русское христианство не вытеснило русский ведизм, а выросло из него. Что русское христианство име­нует себя православным по праву, ибо русский ведизм, ко­торый представлял собой православие — то есть про­славление Прави,— был его корнем. Богиня Жива есть покровительница есть олицетворение силы Жизни и по­кровительница рождения во плоти. Согласно христиа-но-ведическому преданию, запечатленному, например, в Голубиной Книге, богиня Жива была повитухой при Рождестве Христа.

С другой стороны, славословие Живее можно пони­мать как символ для обозначения места возникновения христианства — Живина Русь. Интересно отметить на­личие окончания ЩЕ в кирилловской записи, тогда как остальная часть этого текста начертана руницей. Ниже между двумя фигурами видно какое-то четвертое лицо с нимбом, но само лицо образует надпись С ДУНАЯ ВЪ ГОРОДЪ РИМЪ, то есть С ДУНАЯ В ГОРОД РИМ. Эта строка конкретизирует локализацию распростране­ния начального христианства: вместо всей ЖИВИНОИ РУСИ упоминается только бассейн Дуная, а вместо лю­бых катакомб Римской империи речь идет конкретно о го­роде Риме. Надпись С ДУНАЯ выполнена кириллицей (ибо слоги ДУ и Я очень плохо передаются руницей). Так что данная надпись подтверждает предыдущую. Нижняя часть лица четвертого святого образует надпись ВЪСЕ МОЖЕТЪ ЖИВА, то есть ВСЁ МОЖЕТ ЖИВА. Такое прославление ведической богини не вполне понят­но. Или же оно является прославлением как раз за ее роль повитухи при рождении Сына Самого Бога Всевышнего. Далее я решил прочитать волосы Христа, однако их левая часть (от зрителя) изображена столь близкими друг к другу штрихами, что вряд ли может быть разложена при данной разрешающей способности иконы. Зато вполне разложима на составляющие ее знаки правая часть, где можно прочитать слова ЖИВА РОДИЛЬНИЦА. По­нятно, что меня заинтересовала и надпись, воплощенная в виде лица Богоматери. Она гласит: ЖИВА ДЕВА МАРИЯ (буква Я — кирилловская). На плече женщины с иконы читаю: ДЕВА ЧЕЛОВЕКЪ ДЬЛА КЪРЕЩЕНИЯ ЖИВЫ, то есть ДЕВА (МА­РИЯ) — ЧЕЛОВЕК ДЛЯ КРЕЩЕНИЯ ЖИВЫ (КРЕСТНАЯ МАТЬ). Но чуть выше мы читали, что ЖИВА — ДЕВА МАРИЯ. Казалось бы, надпись противоречит сама себе. Но продолжим чтение.

Непрочитанными остались надписи на фигуре левой части композиции. Облачка над нимбом поясняют, кто тут изображен: ПАВЕЛЪ СЬВЯТО(Й) БОГИНЕ

ЖИВА, то есть ПАВЕЛ СВЯТОЙ БОГИНИ ЖИВЫ. Тем самым перед нами находится апостол Павел, кото­рый, оказывается, является представителем богини Живы. Волосы Павла читаются — СЬТЪРАЖЬ МАРИИ (последнее И — буква кириллицы), глаз и морщинка вверху — ВОИНЪ, низ лица — СЪВЯТЫЙ, то есть СТРАЖ МАРИИ ВОИН СВЯТЫИ. Следовательно, апостол Павел приставлен Живой к Марии в качестве ее телохранителя. Бороду я, как ни старался, прочитать не смог, ибо при небольшом размере иконы линии трудно разделить на части. Надпись на груди Павла читается ТЪВЕРЪДЫНА МАРИИ, ЧАДЫ ЖИВЫ (последнее слово — складки сгиба на локте), то есть ТВЕРДЫНЯ МАРИИ, ЧАДА ЖИВЫ. Иными словами, Павел оказывается твердыней Марии, Мария же называется дочерью — чадом — Живы. Надпись под руками на животе гласит: ДЕВА МАРИЯ ЧЬТИТЪ БОГИНУ ЖИВУ И МАРИЯ ВОЙДЕТЬ ВЪ РАИ. Между телом Павла и книгой Христа можно прочитать МАРИЯ, а складки рукава и низа жи­вота читаются как ВОИДЕТЪ, а под книгой часть крес­ла — как ВЪ РАЙСЬКИ КУЩИ, то есть ВОЙДЕТ В РАЙСКИЕ КУЩИ. На бедре левой ноги Павла чи­таю ЛИКЪ ЖИВЫ, а складки бедра правой но­ги — ЛИКЪ СЪВЯТЫИ. На свисающем фальшивом рукаве читаю МАРИЯ, РОДИВЪ, а на нижней поле одеяния Павла — КЪ ВИЛИКУ ЛИКУ БОГИНИ ПОЧАЛА, на бахроме под одеянием ЧАСЬТО ЧАДО ВОДИТЬ. ЖИВА, а на ступнях ног — РАСЬТИЛА ХЬРИСЬТА. Получается текст: МАРИЯ, РОДИВ, К ВЕЛИКОМУ ЛИКУ БОГИНИ НАЧАЛА ЧАСТО ВОДИТЬ РЕБЕНКА. ЖИВА РАСТИЛА ХРИСТА. Итак, за то, что Мария родила Христа, она достойна рая, при этом утверждается, что лик Живы — святой, и что к нему Мария часто водила Сына, когда он подрос. И Жива принимала участие в Его воспитании.

Интереснейший факт! Возможно, он помогает разре­шить парадокс, связанный с православным праздником Введение Богородицы во Храм. На несоответствие совре­менных представлений историческим реалиям обратил вни­мание священник Александр Мень. В книге «Православ­ное богослужение: таинство, слово, образ» (М., 1991) он указал, что введение Марии в иудейский храм и тем более, во святая святых — в реальной жизни не могло состояться, потому что это противоречит закону иудейскому. Мень пи­шет: «По-видимому, первоначально его [праздник введе­ния Богородицы во храм] связывали с воспоминанием о том, как родители посвятили Деву Марию Богу. Но по вет­хозаветному обычаю через посвящение проходили только первенцы мужского пола… В этом сказании следует искать не столько исторические факты, сколько духовный смысл, переданный языком легенды. Двир, Святая Святых Хра­ма, был местом, скрытым от взоров людей. Туда входил, да и то раз в год, только первосвященник».

Нет оснований сомневаться в компетентности Алек­сандра Меня по вопросам ветхозаветных обычаев. Но его предположение о том, что праздник отмечает событие, со­вершившееся лишь, так сказать, виртуально,— не пред­ставляется убедительным. Введение Богородицы во храм должно было состояться как, в том числе, и вполне посюс­тороннее событие для того, чтобы его запомнили и начали отмечать как один из Великих Двунадесятых праздников церкви, в конкретный день. Но, по иудейскому закону, введение Богородицы во храм не могло состояться. Парадокс!

Прочитанная же мной надпись на иконе позволяет, возможно, этот парадокс разрешить. Введение во храм было. Но храм этот был не иудейский, а ведический. При­чем, конкретно, это был храм, посвященный богине Живе. Ведь если, как гласит прочитанная мной надпись, Мария часто водила Сына к лику богини Живы, то представляет­ся вполне вероятным, что Мария была жрицей храма ее, в который и была введена еще во младенчестве. Косвенным подтверждением этому предположению служит греческое название праздника: Месоспоратисса, т.е. Срединносевная. На середину посевной деятельности естественно по­священие девочки именно храму богини Живы, которая покровительствует посевам.

Предположение будет представляться еще более веро­ятным, если чтение мы продолжим. Потому что следую­щая надпись на данной иконе гласит, что Мария — сла­вянка. То есть, следовать религии своих предков ей было вполне естественно. Надписи на фигуре Павла прочита­ны, но остались еще непрочитанные места на нижней час­ти фигуры Спасителя. Так, складки под коленом правой ноги можно прочитать как ЛИКА СЬЛАВАНЪСЬКА ПО, а низ одеяния — МАТЕРИ, то есть СЛАВЯН­СКОГО ОБЛИКА ПО МАТЕРИ. Иисус — лик сла­вянский, утверждает икона. Причем немедленно поясня­ется, почему именно Иисус Христос есть, по облику, сла­вянин. По Матери. Мария была славянкой, и факт этот во времена создания иконы был, видимо, общеизвестен. По­тому что он просто упоминается, как нечто самоочевид­ное. Причем, христианский догмат о непорочном зача­тии — «не от мужа» — исключает участие в земном теле Спасителя еще какой-либо наследственности, кроме ма­теринской, а она определена надписью как славянская.

Ступни и складки левой ноги при чтении снизу вверх дают текст ЛИКЪ ХРИСЬТА ВО ХРАМЕ МАРИИ, где знаки руницы чередуются с буквами ки­риллицы. Следовательно, Христос сидит либо в храме, посвященном Его Матери, либо же — что представляется более вероятным — во храме, куда Мария была введе­на и где она стала жрицей. Так или иначе, но подтверждением прочитанных слов является надпись на троне грече­скими буквами МР 0Y — знаки Богородицы.

Итак, текст прочитан почти целиком. Остались, прав­да, несколько неясных мест; возможно, что на некоторые слова я не обратил внимания. Допускаю, что какие-то елоги прочитаны не так. И все-таки основной текст уже име­ется. Теперь можно попытаться организовать отдельные фразы, разбросанные по разным местам иконы, в некоторый связный рассказ, и передать его в современной орфо­графии. Рассказ этот мне видится следующим.

ПАВЕЛ, СВЯТОЙ БОГИНИ ЖИВЫ СТРАЖ МАРИИ, ВОИН СВЯТЫЙ, ТВЕРДЫНЯ МАРИИ, ЧАДА ЖИВЫ. ДЕВА МАРИЯ ЧТИТ БОГИНЮ ЖИВУ И МАРИЯ ВОЙДЕТ В РАЙ. МАРИЯ ВОЙДЕТ В РАЙСКИЕ КУЩИ. ЛИКЪ ЖИВЫ ЛИКЪ СЪВЯТЫЙ. МАРИЯ, РОДИВ, К ВЕЛИ­КОМУ ЛИКУ БОГИНИ НАЧАЛА ЧАСТО ВО­ДИТЬ ЧАДО. ЖИВА РАСТИЛА ХРИСТА. ЖИВА СЛАВЯНСКАЯ, ЖИВИ ЖИВОТВОРЯЩЕ! ВСЁ МОЖЕТ ЖИВА.

ЖИВА — РОДИЛЬНИЦА. С КАПИЩ ЖИВЫ В КАТАКОМБЫ РИМА. С ДУНАЯ В ГОРОД РИМ. МОЛЮ: ВЕРУЮ. ЛИК БОГА. СВЯТЫЙ ТВОРЕЦ. СЛАВЯНСКОГО ОБЛИКА ПО МАТЕРИ.

БОГОМАТЕРЬ — ЖЕНЩИНА. МР 9Y . ЖИ­ВА — ДЕВА МАРИЯ, МАТЕРЬ БОЖИЯ. ГРЕКО-СЛАВЯНСКАЯ ВСЕЯ РУСЬ ЖИВЫ. БОГИНЯ ЖИВА.

Всего 95 слов. Такого длинного текста смешанного письма я прежде не встречал. При такой его организации получается следующий смысл: Жива оказывается мате­рью Марии, ЧАДА ЖИВЫ. Мария хотя и полагается земной женщиной, но приобретает статус полубогини, а фраза ЖИВА — ДЕВА МАРИЯ может пониматься как генеалогическая связь от ЖИВЫ к МАРИИ, кото­рая и была МАТЕРЬЮ БОЖЬЕЮ. Внуком ЖИВЫ, который у нее же и воспитывался, был Спаситель. Разу­меется, подобный текст в наше время едва ли признает ка­ноническим официальный христианский священник. Но иконопись перед нами каноническая и подлинная, это не­сомненно. И это заставляет предполагать, что представ­ления о том, что такое христианский православный канон, очень изменились за века, протекшие после написания данной иконы.

Итак, иконописец не только сообщает о славянском происхождении Марии и, следовательно, Христа, но и многократно подчеркивает Ее и Его кровное родство с ведической русской богиней Живой. Как можно объяс­нить этот факт? Я эпиграфист, рунолог и культуролог, но не религиовед, и поэтому едва ли смогу дать этому факту исчерпывающее объяснение. Однако, некоторые параллели напрашиваются сами собой. Согласно славян­ской мифологии, богиня Жива олицетворяет собою Жизнь — вечное начало, противоположное Смерти. Христос же, говоривший о Себе «Я есть Путь, Истина и Жизнь», победил Смерть, явив чудо Своего воскресения и, затем, вознесения на небо. На небо вознеслась также и Богородица, что стало сюжетом знаменитых произведе­ний искусства. Итак, те, которых тайнопись на иконе оп­ределяет как ближайших родственников богини Жиз­ни,— преодолели Смерть. Еще одну параллель можно видеть в совпадении имени русской ведической богини с санскритским словом «жива» — душа. Это одно из цен­тральных понятий индуизма. Ведическая религия инду­сов учит, жива (душа) представляет вечно живое, реин-карнирующее начало, которое не утрачивается со смер­тью тела. Так вот, сюжет о путешествии Христа в Индию и о Его беседах с ведическим индуистским свя­щенством представлен во многих списках апокрифиче­ских Евангелий, собрание которых имеется, например, в хранилищах Ватикана.

Итак, данная икона кажется весьма «разговорчивой». Неужели и в X веке греческие прототипы обладали такой же «говорливостью»? Рассмотрим еще раз икону «Бого­матерь перед первосвященником».

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Икона Богоматери

На ней сразу видно, насколько меньше складок имеется у всех персонажей, и, следова­тельно, насколько меньше слов размещено на этой ико­не. Вместе с тем, практически каждый персонаж имеет какие-то знаки. На локте воина с копьем и мечом я чи­таю: ВОИНЬ, то есть ВОИН, а правее, под щитом, надпись ТАВЪРЪ, то есть ТАВР. Тавры жили в Тав­риде, то есть в Крыму, и это название греческое, что оз­начает «Быки». Однако, кем были эти народы в дейст­вительности, мы не знаем. Судя по тому, что у них был великолепный храм Девы (то есть той же Живы), они могли быть одним из племен славян. Но вернемся к изо­бражению воина — больше надписей на нем я не вижу. На сидячей фигуре имеется надпись СЬВЯТОИ как чуть правее, в виде складок под правым рукавом, так и на груди; тогда как под левой кистью начертано СЪВЯТЫЙ ПАВЕЛЪ, то есть СВЯТОЙ ПАВЕЛ. Итак, первосвященником в Живиной Руси (такова над­пись на его троне, прочитанная нами ранее) был апостол Павел. Однако нимба над его челом нет, зато он изобра­жен в тиаре.

На правом боку следующего персонажа, под талией я читаю ЛЮДИ, причем четко выписана буква Ю. А наверху на нем же, под вырезом для шеи начертано РУНЕ, то есть ПИСЬМЕНА

Мужчина рядом с ним имеет лишь одну надпись под свитком, ЖИВА. Затем следуют надписи на Богоматери. На плече начертано СЬВЯТАЯ, на платке — ДЕВА, на складке накидки — МАРИЯ (буква Я — зеркаль­ная), на подоле — ДЕВА. Возможно, что еще одно имя, МАРИЯ, начертано на низе накидки.

Справа от Богоматери изображен, судя по нимбу, свя­той. На его плече и висящей части накидки начертано СЬВЯТОИ и СЪВЯТОИ, а на груди и рукаве — МАРЪКЪ, то есть МАРК. По меньшей мере, трижды на его одеянии можно прочитать слово ЖИВА. Еще одно слово МАРЪКЪ можно прочитать на подоле его одежды слева. А на стоящем от него справа человеке, на его груди читается слово СЬ ТОВАРИЩИ. Наконец, справа внизу складка одежды образует слово ЖИВА, а на правой голени под коленом можно прочитать слова ЖИВИНА РУСЬ.

Тем самым, если начертанное на троне первосвящен­ника словосочетание принять за название текста, его со­держание (за вычетом повторений слов) можно передать так: РУСЬ, ДЕВА ЖИВА. ВОИН-ТАВР. СВЯТОЙ ПАВЕЛ. ЛЮДИ. ПИСЬМЕНА. ДЕВА МАРИЯ. МАРК С ТОВАРИЩИ. ЖИВА. ЖИВИНА РУСЬ. Всего 18 слов.

Текст отличается не столько краткостью по сравнению с более поздним греческим, сколько совершенно иным стилем изложения. Здесь фигуры только подписаны, ни­чего более существенного в сопровождающем тексте не присутствует, тогда как на более поздней иконе дается не только характеристика персонажа, но и наиболее важные черты повествования. Иными словами, на иконе X века мы имеем дело с пояснениями, тогда как на более поздней иконе речь идет о рассказе. Но одно вырастает из друго­го, являясь просто различными ступенями развития письма в иконе.

Текст христианской иконы X века очень напоминает текст, поясняющий ведические лики: он краток, называет основных героев сюжета (имя основного бога на лике пре­обладает по численности), называет иных богов (тоже не­однократно), и непременно называет Живу и/или Живи-ну Русь. Правда, сравнивать ведические и христианские лики сложно из-за их различия в материале фона. Ведиче­ские лики — это либо каменные идолы, либо лежени, ли­бо деревянные или металлические фигурки, где знаки по­мещались на ровной поверхности изделия безо всякого камуфляжа, то есть надписи резко выделялись своей более темной или более светлой фактурой, хотя и были мелкими. Напротив, иконы написаны на стене, на досках или полотне, выложены мозаикой; знаки надписей на них значительно крупнее, но маскируются либо под складки одежды, либо под детали рельефа заднего плана, состав­ляя часть изобразительной композиции. Но и там, и там знаки наносились для посвященных.

Уж если в Византии и Греции так виртуозно владели русским языком и письмом по-русски, то, что можно гово­рить о самих русских? Поэтому перейдем к рассмотрению русских икон с чувством предвкушения каких-то интерес­ных христианских рассказов.

Фреска «Сошествие во ад»

Весьма любопытной фреской XI века из киевского Софийского собора являет­ся композиция «Сошествие во ад», где в центре размеще­на фигура Спасителя, с одной стороны размещены спас­шиеся праведники-святые, а с другой — святые колено­преклоненные, рис. 8.

На фреске видно множество складок на одеждах пер­сонажей и, кроме того, заметны отдельные буквы кирил­лицы на камнях, передающих строение горы (фон в левой части фрески), например, буквы Ш, Н, Р, Ь и другие. Возможно, что надписями являются и камни в правой нижней части фрески (правее двух плит). Композиционно фреска представляет собой Спасителя, стоящего в центре, людей слева от него (справа от зрителя) в выпрямленных позах и в коронах (видимо, праведников), и людей справа от него (в левой части фрески), преклонивших колена и, видимо, еще не заслуживших прощения и рая. Вдали вид­ны две горы, вблизи находятся плиты и камни.

Чтение начнём с одеяний Иисуса. Уже на плечах можно прочитать кирилловское слово ИСУСЪ (И — зер­кальное) с одним И. Тем самым, персонаж подписан. Но далее начинается апокрифическая часть в духе рассмот­ренной выше греческой иконы. Строкой ниже можно вы­делить как кирилловскую часть, СЫН, так и руничную часть, ПЕРУНА, причем это имя языческого бога напи­сано как на правой стороне одежды Христа двойным кон­туром, так и на некоторой отдельной части одежды слева от него. Если далее читать надпись от пояса к шейному вырезу снизу вверх, получим слово ВЬНУКЪ, а свисаю­щая складка накидки читается как ЖИВЫ. Правее нее начертано слово БОГО, а под рукой, держащей свято­го,— ЧЕЛОВЕКЪ. На левом рукаве помещены знаки слова СЬВЯТЫИ. На правом бедре складки читаются МАРИИ, низ оборки — ЧАДО. Чуть ниже в центре можно прочитать слово СЬЛАВЯНЪНЪ, а правее, под левым коленом,— слова СЬ КАПИЩА. Такова над­пись на Иисусе.

Следующие надписи начертаны в виде бантиков и складок под протянутой рукой у старца. Там я читаю: ЖИВУ РУСИ НОВОЙ. Кроме традиционного на­чертания руницей слова РУСЬ, здесь все написано ки­риллицей.

На месте соединения нимба и плеча, а также на плече ближайшего к Христу коленопреклоненного святого чита­ется слово ВЬЛИКИИ, а на рукаве — СЕНЪКА. На левом рукаве женщины можно прочитать слово Я, а на по­доле мужчины — ЧЕЛОВЕКЪ. Платок женщины сна­чала с правой стороны лица, потом надо лбом, а затем с ле­вой стороны имеет чтение МАРИИ ПОЛЪ. На мужчи­не за женщиной на поясе, а затем на ее правом бедре можно прочитать НАЧЬЛО, на ее подоле — ВОЦЕРЬКОВЪЛЕНИЯ, на складке свисающей с ру­кава накидки — ЖЕНЪЩИНЬ. На груди у мужчины за женщиной читается слово ЧЬЛОВЕКИ, а на плече у самого дальнего мужчины — ЛИКИ. Такова группа на левой части фрески.

На правой части можно прочитать на ближайшем к Иисусу плече старца слово ЛОТЪ, а на наиболее далеком от Спасителя плече дочери — слово ДЬЩЕРЬ. Тем са­мым это изображен библейский Лот с одной из своих до­черей. На коронах отца и дочери начертано слово РУСЬ. На груди у дочери читаются слова РУНА СЬ НЕБЕСЪ, а на рукавах отца — РУНА НЕБА. Внизу над экраном читается: ЖИВЫ ТЕ РУНЪЦЫ. Нако­нец, над нимбами начертано: наверху МОЛЮ, справа СЬЛОВЕСЕ, на бороде у дальнего мужчины за Лотом (белым, но я обратил в черное) ЛИКИ, и слева — О. АГИОС. На уровне шеи Лота начертано слева НА и справа ИКОНАХЪ. Таким образом, прочитаны все слова на персонажах.

На этом, однако, не заканчивается чтение всех надписей фрески. На изображении горы, являющейся фоном для ко­ленопреклоненных святых, даже без особой подготовки любой желающий может различить буквоподобные знаки. Вообще говоря, перед нами смешанное письмо, с преобла­данием руницы, однако гласные — там, где это необходи­мо для смыслоразличения,— пишутся кириллицей. Читая как всегда слева направо, получаем такие слова: в верхней строке ГЪРЕШНЪЯ, правее — ПОЛОВИНА РАЯ, на второй строке справа — ЗЕЛО ГОТОВА, чуть ни­же — ПОЙТИ. Слева, начиная со второй строки, распо­ложен столбец, который читается: А БОЯТЬСЯ. Третью строку я читаю СЬВЯТЫМЪ ГЪРЕШЬНО, четвер­тую — ВЫНЪСЬТИ ПОСЬЛА, в самом низу начерта­на кирилловская лигатура ОТ. В правой части «горы» на уровне 3—4 строк читается слово ЖИВЫ. Затем идет ли­гатура в виде столбца, где начертано РУСЬ ЖИВЫ. На самой нижней строке можно прочитать слово ВЕРУЮ. На этом надписи «горы» кончаются.

Последние строки изображены в виде каменной кладки выше ног Иисуса (справа от его одежды) и под экраном. Выше ног можно прочитать слова БОГЪ НАШЬ, ТЪВОРЕТЬСЬ. А под экраном надпись длиннее: ТЪВОИ РАБЫ ПОДЧИНЯТСЯ, причем ПО и НЯ начертаны слоговым способом, а остальное — кириллицей.

Таков весь текст фрески; как всегда, остается небольшая вероятность того, что что-то ускользнуло от внима­ния, а что-то прочитано не совсем так. Как и прежде, по­пытаемся организовать текст в связный рассказ.

ИСУС, СЫН ПЕРУНА, ВЬНУКЪ ЖИВЫ, БОГОЧЕЛОВЕКЪ СЬВЯТЫЙ, МАРИИ ЧАДО, СЬЛАВЯНИНЪ СЬ КАПИЩА. ВЕЛИКИЙ СЕНЪКА. Я — ЧЕЛОВЕКЪ. МАРИИ ПОЛЬ. НАЧЬЛО ВОЦЕРЬКОВЪЛЕНИЯ ЖЕНЪ-ЩИНЬ. ЧЬЛОВЕКИ. ЛИКЪ. ЛОТ. ДЬЩЕРЬ. РУСЬ. РУНА СЬ НЕБЕСЬ. РУНА НЕБА. ЖИВЫ ТЕ РУНЬЦЫ. МОЛЮ. СЬЛОВЬСЕ. ЛИКИ. О. АГИОС НА ИКОНАХЪ. ГЪРЕШНАА ПОЛОВИНА РАЯ ЗЕЛО ГОТОВА ПОЙТИ. А БОАТЬСЯ. СЬВЯТЫМЪ ГЪРЕШЬНО ВЫНЪСЬТИ ПОСЬЛА ОТ ЖИВЫ. ВЕРУЮ ВЪ ЖИВУ РУСИ НОВОЙ. БОГЪ НАШЬ ТЪВОРЕТЬСЬ! ТВОИ РАБЫ ПОДЧИНЯТСА!
— В современной орфографии это можно передать так: ИИСУС, СЫН ПЕРУНА, ВНУК ЖИВЫ, БОГОЧЕЛОВЕК СВЯТОЙ, ДИТЯ МАРИИ, СЛА­ВЯНИН С КАПИЩА. ВЕЛИКИЙ СЕНЕКА. Я — ЧЕЛОВЕК. МАРИИ ПОЛ. НАЧАЛО ВОЦЕРКОВЛЕНИЯ ЖЕНЩИН. ЛЮДИ. ЛИК. ЛОТ. ДОЧЬ. РУСЬ. НАДПИСИ С НЕБЕС. НАДПИСИ НЕБА. ТЕ ЗНАЧКИ — ЖИВЫ. МОЛЮ! СЛОВА. ЛИКИ. СВЯТЫЕ НА ИКОНАХ. ГРЕШНАЯ ПОЛОВИНА РАЯ ВЕСЬМА ГОТОВА ПОЙТИ. НО БОЯТСЯ. СВЯТЫМ ГРЕШНО ВЫНЕСТИ ПОСЛА ОТ ЖИВЫ. ВЕРУЮ В (БОГИНЮ) ЖИВУ НОВОЙ РУСИ. БОГ НАШ, ТВОРЕЦ! ТВОИ РАБЫ ПОДЧИНЯТСЯ!

Итак, перед нами текст в 65 слов, что примерно в 1,5 раза меньше, чем предыдущий. Но и это все-таки до­статочно много. Помимо обозначения действующих лиц, как это было на мозаике Константинополя X века, тут уже даны некоторые пояснения. Снова Иисус назван сла­вянином и внуком Живы. Теперь же еще добавлено, что Он — Сын Перуна. Вновь сказано, что Иисус имел от­ношение к храму («капищам») Живы. Кроме того, здесь помещен римский философ Сенека с его изречением о че­ловечности, но это, видимо не поощрялось церковью, по­скольку он назван святым-грешником. Грешницами, хотя и святыми, считались женщины, чье воцерковление толь­ко начиналось. В отличие от греческой иконы здесь дается психологическая мотивировка поведения грешников: они готовы последовать за Иисусом в рай, но боятся Христа как посланца Живы (Жизнь вечная достигается оставле­нием привязанностей ко всему тленному, что не просто). Молитва «Верую» содержит не только слова о Боге-Творце, но и о Живе новой Руси. Под «новой Русью», как я понимаю, подразумевается средневековая Киевская Русь, расположенная в ином месте, чем Живина, Балкан­ская Русь. Безгрешным оказывается Лот с дочерью. Полностью христиански-каноническими даже и на совре­менный взгляд выглядят два последних предложения на­счет Бога-Творца и насчет подчинения Ему Его рабов.

Сравнение с греческим текстом показывает, что раз­ница между ними не качественная, а чисто количествен­ная. Сюжетная канва та же: Христос и здесь называется славянином и внуком Живы. Снова подчеркивается и пре­емственность христианства от русского ведизма: «с капищ Живы».

Новым и существенным моментом является, что Хри­стос назван Сыном Перуна. В наше время принято ду­мать, что определение Христа как Сына Божьего предпо­лагает Его Отцом ветхозаветного Иегову. Однако ни на одной из православных икон я не встречал надписи, кото­рая бы подтверждала такое предположение. Напротив, Иисус Христос прямо назван Сыном русского Перуна. Здесь может возникнуть один вопрос: почему же Перуна, а не Сварога Небесного? Ведь именно последний полага­ется у славян Богом-Творцом, Всевышним, тогда как Пе­рун есть грозное и весьма почитаемое, но все же не перво-верховное божество. В ответ на такой вопрос последова­тели Русской Северной Традиции цитировали мне Велесову Книгу: «Тайна сия велика есть: как Сварог и Перун есть в то же время и Свентовит» (Дощечка II 11а, переложение на современный русский Александра Асова). По-видимому, это речение можно понимать в смыс­ле, что существует некий уровень восприятия, на котором Перун есть то же самое, что и Сварог. Скажем, перуновы гром и молния есть не что иное, как посюсторонние прояв­ления мощи Сварога Небесного, который Сам является непроявленным, трансцендентным, надмирным. Славяне прозревали за действием Причину, и понимали их — дей­ствие и Причину — как нечто и нераздельное, и, вместе с тем, неслиянное. Такой подход свидетельствует о фило­софской разработанности и древности славянского бого­словия. Греческий, например, пантеон предстает в этом свете вырожденным. Там есть лишь один Зевс-Громо­вержец, т.е. Причина и действие — «Сварог» и «Пе­рун» — полностью слились. Возможно, греческое влия­ние как раз и сказалось в том, что Перун упоминается там, где было бы уместнее говорить о Свароге.

Итак, фреску Софийского собора по характеру надпи­сей вполне можно поставить в один ряд с греческими про­тотипами. Отличие состоит лишь в количестве персона­жей и подробности сообщения, но в догматике (в основ­ном содержании сообщения) отличий нет.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вывод

Иконы, особенно в виде мозаик и фресок, являлись особым видом текстов, в которые вписывались сведения на самом древнем из известных языков, русском. В отличие от других источников, которые редактировались при переписке как самим переписчиком, уже не понимавшим часть устаревших слов, так и редактором, передававшим интересы заказчика (который мог быть не согласен с некоторыми положениями протографа), иконописные изображения либо не редактировались вообще, либо почти не имели правки. Правку было сложно сделать как потому, что чисто физически осуществить перекладку мозаики на месте довольно проблематично, так и потому, что надписи были выполнены тайнописью и притом на русском языке. Поэтому нами обнаружен новый вид письменных источников, относительно мало затронутый редактированием. Это дает нам возможность получить весьма интересные сведения периода раннего христианства, когда многие последующие установления церкви еще не существовали.

Кроме того, весьма интересно то, что иконописная традиция как в Византии, так и на Руси была одна и та же и в этом смысле надписи довольно согласованы по содержанию. Местом возникновения христианства названа ЖИВИНА РУСЬ, то есть Балканы. Действительно, в так называемой «культуре Винча» (ранний неолит), обнаруженной в местечке Винча в Сербии (в 18 км южнее Белграда) прослеживается особо яркий культ богини Девы (она же — Жива). В силу этого под Живиной Русью по­нимался весьма широкий географический регион, вклю­чавший нынешнюю Сербию, Болгарию, Грецию, которые в те времена были исключительно славянскими, равно как и Италия, которая тоже входила в Живину Русь. Так что «поля Живы па Дунае» — это территория преимущест­венно Сербии, это ГРЕКО-СЛАВЯНСКАЯ ВСЕЯ РУСЬ ЖИВЫ. Но и Рим был основан славянами, преж­де всего этрусками из города Черветери (нынешнее на­звание города — Цера). В первые века нашей эры, когда христиане встречались в катакомбах, в Риме проживало большое количество славян: этрусков, венетов, ретов, ил­лирийцев, склавинов, фригийцев, фракийцев, жителей Меэии, Крита и т.д. Не исключено, что первым языком христиан был именно русский язык. Он и закрепился как язык христианских икон. Примечательно, что закрепился он в том же виде, в каком существовал еще за многие ты­сячелетия до того в качестве надписей на ведических свя­щенных предметах и ликах.

Автор: В. А. Чудинов