Книга 4 — Человек Веера
Глава 9. Купол Рода..
Роман искал способ как развернуть купол Рода уже больше полугода, но пока не мог его найти. Хотя уже давно, раньше, в иной жизни уже единожды сделал это.
Сейчас летний прозрачный звездный купол неба висел над его головой. Данила и Роман вместе со своими семьями выехали на природу. Женщины доваривали ужин, о чем-то перешептываясь, а мужчины сидели на берегу речки и смотрели в даль.
Солнце уже ушло за горизонт и звезды одна за одной проступали на этой бесконечной книге богов. Звездная сфера неба не менялась почти никогда. И только сдвиг полюсов планеты менял указатель на первую ее страницу, не меняя при этом содержания.
Тимур уже подрос и начал ходить. Но ходил он еще неуверенно и сейчас просто сидел на коленях отца, ухватившись своими сильными не по-детски ручками за рубашку отца. Он любил сидеть на руках отца, делая это как всегда спокойно. И даже в детстве, когда что-то было не так, прикосновение рук отца его успокаивало и он переставал кричать.
В траве начали стрекотать сверчки. Тем временем жабы закончили свою часть концерта.
Тимур любил своего родного отца и друга их семьи Романа, который стал для него крестным отцом несколько месяцев назад. Сам он говорить еще не умел, но уже умел слушать. Он смотрел в основном на отца, не забывая изредка поглядывать на маму. Небо его пока не интересовало.
Думаю, что он не понимал еще и всех слов, но шестым чувством впитывал смысл каждого слова, которое произносили эти двое взрослых — его родной отец и крестный.
Ужин был готов и они все вместе разделили эту трапезу, Рита даже лесовику не забыла отложить его порцию. Сказав при этом добрые слова в его честь.
Природа была прекрасна и они все были довольны тем, что решили выбраться на природу с ночевкой. Завтра утром мужчины собирались на рыбалку, а сегодня у них был еще впереди целый вечер разговоров у костра.
Рита, наверное, больше всех любила их вечерние разговоры. Нередко они собирались на кухне у Дины с Данилой и, попивая разного рода травяные чаи, беседовали часами.
Дина была просто знатоком трав. Хоть она и не была травницей, но чай, заваренный ею, поистине «открывал» третий глаз, как любила шутить Рита. Может именно так оно и было. Кто их знает этих Архитекторов…
Этот вечер не был исключением и они долго еще общались, сидя у костра. Дина приготовила чай из свежих трав и они заговорили о небе. Начал этот разговор Роман. Почему-то именно ему хотелось взять россыпи звезд и написать ими людям свои рассказы прямо на этой безмерно прекрасной и таинственный сфере.
Он рассказал всем о своей безумной идее — написать очередную свою книгу россыпью звезд. Рита рьяно подхватила его идею и предложила всем преступникам делать терапию звездами.
— Провинился — смотри на звезды по три часа в день: после заката, в полночь и перед самым рассветом.
Смотри пока не сможешь разбирать мельчайшие скопления звезд. А самое главное, как сказано в Библии, всем живым существам — звездным скоплениям, надо будет дать свои имена. Пока человек не понимает значение звезд — он еще не человек, — сказала она свою тираду.
— А почему бы и нет. Тогда бы у них нашлась задача достойная человека, которую им бы прислали с их личной звезды, — добавил полушутя Данила.
— Конечно же, — продолжила Дина. — Но я бы для начала всем им предложила бы прочесть всего Шекспира и Пушкина.
Все дружно засмеялись. Всем им и так было очевидно, что задача — понять причуды небесной механики звезд и дать каждому завитку свое название — просто титанический труд в сравнении с прочтением названных книг.
Они еще часик поговорили о разных вещах в такой же легкой дружеской атмосфере и решили идти отдыхать. Тем более завтра утром рано была намечена рыбалка.
Вскоре все мирно спали, а Роман не мог остановиться и думал над книгой звездного неба. Но постепенно и он уснул, не заметив как его глаза сами закрылись. А сознание его унесло рекой времени в запределье, в котором он сам создавал звездное небо.
На земле все всегда меняется. Люди создают развилки истории, открывая новые пластины Веера. Написанное в книгах подменяют, а неугодные страницы вырываются. Даже родовая память дает сбои, путаясь в хитросплетениях прожитых жизней тобой самим и твоих сородичей.
И он придумал как их всех объединить — все варианты реальности. Идея была проста и гениальна. Небо стало общей отправной точкой для всех — книгой для всех времен и всех вариантов реальности Веера. В нее он собственноручно записал инструкцию-подсказку для всех живых существ Веера — как им обрести бессмертие, как стать богом-творцом, живя на земле в этом бренном глиняном теле.
Теперь он знал, что есть в своей сути Купол Рода. Он знал, что созвездия — это образный Учебник, сотворённый для людей. Созвездия, Боги и Герои, заслужившие себе место в небесах, становились примером для всего живого в Веере. Рита бы сказала — инструкцией, четким указанием, как разделить светлый путь, ведущий к постижению Божественной искры в Человеке, и, конечно же, блуждание в бесконечной чреде-темноте своих эгоистических желаний.
Немножко пафосно, но уж извините, это чистая правда. Все звездное небо создано таким, какое оно есть, именно для людей. И никаких средств не жалко для тех, кого искренне любишь. Все Конструкторы безмерно любили все формы жизни, созданные ими в Веере.
Небо и было тем Родовым Куполом, Олимпом, Домом Богов, от которого земные рода черпали вдохновение в былые времена.
Все повторяется и теперь Роман знал как оживить в человеке родовую память и ускорить в разы процесс осмысления им своей судьбы.
И он задумал небывалое — любой, живущий на земле, кто войдет в свой род с чистым сердцем, получит поддержку всего рода — всех его представителей, как живущих ныне, так и тех, кто жил в бесконечных вариантах, запечатленных на несмываемых пластинах Веера.
А звездная книга неба поможет искателям связать все пробудившиеся рода в единый Купол Рода Всевышнего, который непременно раскроется над всем Веером.
И тогда те, кому по пути, сольются в едином потоке стремлений в могучие реки, широкие моря и станут бескрайними Океанами, способными сотворить все, что они пожелают.
И так будет. Он знал это.
Иначе и быть не может.
Продолжение следует.
Сан Саныч